От шамана до жреца
Говоря о великих цивилизациях Южной Америки, чаще упоминают о Майя, Ацтеках, Инках.Такое представление не до конца правильно, т.к. каждая из этих культур развивалась в разное время и на разных территориях. Майя жили в основном на полуострове Юкатан и южной части Мексики, Ацтеки - на территории Мексиканской Долины, а Инки - на севере и центрально-восточной части южносмериканского континента. Также известен факт следов цивилизации Инков в Перу.
Из всех культур, предшествовавших Инкам особого внимания заслужвают первая великая цивилизация андская Чавин и Мочика. Чавин принесла с собой в основном предметы искусства и верований следырой в более или менее модифицированной форме остались в Южной Америке и до наших дней. Это именно Чавин основывала свою космологию или набор верований, касающихся мифологических начал мира, на так называемом "кошачьем божестве", признаки которого встречаются у других основных божеств южных и средне-американских цивилизаций. Цивилизация Мочика прославилась среди культур за свои замечательные пропорции, гармонию и хрупкость используемого сырья, сравниваемого иногда с керамикой греков.
Религиозные верования, основанные на шаманизме, которые существовали в Андах еще до прихода Инков, по сегодняшний день живут в практиках современных целителей, называемых "курандэрос". Курандэризмо - это не только исцеление и траволечение, это философия жизни, которая выросла из шаманизма и основана на жизни в гармонии с природой. Курандэро заботится о сохранении "божественного равновесия" и помогает людям, оказавшихся выведенными из этого равновесия и страдают разными психо-физическими заболеваниями. Отход от принципов жизни, определенных некоторыми богами во времена создания мира насылает на людей несчастья и разрывает связь, соединяющую три мира. Когда-то шаман, а теперь курандэро может восстановить эту нарушенную связь, познавая и исполняя волю сверхъестественных сил. Особенно интересно то, что андский шаман-целитель занимается не только лечением тела и души, но также предсказывает погоду, читает любовные заклятия и т.д. Каждый из этих элементов жителями давних инкских земель воспринимается как составная часть великого повторяющегося космологического цикла.
В ранних перуанских культурах религиозная жизнь концентрировалась вокруг шамана, призвание которого могло осуществляться разными способами, например, через наследство, назначение другим шаманом или по воле духов и сверхъестественных существ. Этот последний вид призвания касался, в первую очередь, "великих шаманов", которые в снах или видениях повстречали существ, одаренных магической силой и которые сообщали человеку о его новой миссии.
Шаман помогал людям, занимаяясь их лечением, и, поддерживая контакт с духами-опекунами. Дух, который появлялся при шамане в моменты его инициации, часто оставался при нем, помогая в магических практиках и становился его духом-опекуном. Случалось, что это было существо женского пола, которое, появляясь в снах и трансах шамана, передавало ему силу через сексуальный акт. Шаману в его работе сопутствовали также духи мертвых (особенно предыдущих шаманов), духи Натуры и духи зверей. Вера в души растений и зверей, а также существования Господина Натуры было сильно укоренена среди инков и их предшественников.
Звери составляли один из главных мотивов керамики Мочика и представлялись, как проводники духа шамана или его "второе я". Входя в транс, шаман часто испытывал пожирание своим аватаром, либо сам превращался в зверя. Язык, которым он польговался во время магических путешествий, часто был языком животных и птиц. Дополнительная идентификация в духом-опекуном наступала благодаря стилизации одежды и украшений ее перьями, клыками, когтями.
Благодаря своей дуалистической, соединяющей противоположности, натуре, шаман мог войти в контакт с враждебными людям духами, вызывавшими болезни или другие несчастья. Среди андских народов и сегодня еще распространена вера в захват души, что оказывается причиной болезни. Шаман обадал силой, позволяющей на путешествие в поисках души, ее нахождение и возврат в тело пациента.
Меньшие болезни мог лечить целитель, но захваченную душу находил только шаман. Он также был в состоянии локализовать магический объект, который злой чародей ввел в тело человека, чтобы вызвать болезнь. Такой вредной силой мог обладать камешек, насекомое, червяк, высланный силой мысли чародея, либо появился самостоятельно, но по воле враждебных сил. Чаще всего такой предмет шаман удалял высасыванием.
Другие методы лечения - массажи, окуривание табачным дымом, очищения организма растительными отварами. Также много шаманов узнавало о своем призвании через болезнь, их которой только они сами могли вылечиться. Отдельные фазы болезни, т.е. страдание, агональное состояние или потеря сознания, а затем оздоровление, создавали ту же схему, что символические муки, смерть и возрождение неофита.
В призвании человека быть шаманом очень важной была идея символической смерти и воскрешения. В момент смерти (которая одновременно является моментом воскрешения) происходило качественное изменение человека - он не только мог изменить имя, либо пол, но, прежде всего, изменялся его религиозный статус. Он умирал для мирской жизни, а возрождался в пространстве сакральном. Дорога кадидата вела через муки и страдания. Известно, однако, что страдание никогда не бывает бессмысленным или конечным. Это всегда знак воли богов, кара за грехи, либо сигнал призвания. Тело шамана расчленялось, вынимались внутренние органы и очищались кости. Скелет был символом источника жизни, многие древние культуры верили в возрождение как людей, так и зверей, из костей. В культуре Мочика, например, часто встречаются человеческие скелеты, показанные в эротических сценах. Сексуальный акт означает источник жизни, так же, как кости, которые возвращаются в матку Великой Матери, чтобы возродиться.
Расчлененное тело шамана складывалось заново, органы возвращались на свое место, а иногда еще дополнительно в тело помещался магический предмет, например, кристалл, гексагональная структура которого означала магический принцип самоповторяемости. Период расчленения тела означал время встреч со сверхъестественными существами, как из Верхнего, так и Нижнего Мира. Контакт между мирами позволяла axis mundi, т.е. сакральное место, являющееся центром вселенной. Внутренность этого перехода - туннель или спираль, которые означают матку, и ведут к пункту выхода. Чаще всего axis mundi считали Космическую Гору, пустота внутри которой означала матку земли. Подобной же символикой обладали пещеры, расщелины и могилы, в которых мертвые (возвращающиеся к Великой Матери, чтобы возродиться) укладывались в эмбриональной позиции.
Так же и Космическое дерево разделяло пространство и соединяло миры, потому что его корни находились в Нижнем Мире, ствол проходил через мир земной, а корона была в Мире Верхнем. Кроме того, Космическое Древо в шаманизме означало источник жизни, энергии, вечного бытия и плодородия.
Путешествие шамана в другие миры (внутри ствола Космического Древа, по склону Горы, верхом на Коне-бубне и т.д.) могла инициироваться, например, психоделическими растениями, голодовкой, медитациями, монотонным певом и ударами в бубен. В Южной Америке чаще всего в шаманских ритуалах использовались галлюциногенные растения, что было связано с географическими условиями и обилием флоры, часто не встречающейся больше нигде.
Святые растения убирали барьеры между мирами и "говорили" с шаманом. К наиболее употребительным из них относились кактус San Pedro, табак, brugmansia, ajalaska. Жители Анд верили, что растения, как и животные, имеют душу, которая может быть полезной или враждебной для шамана или целителя. Так же и бубен был неотъемлемым атрибутом шамана, являясь средством передвижения, который шаман использовал для магических полетов. Поэтому способ его выполнения и украшения имели ритуальный характер. Кстати, исследования W.G.Jileka показали, что звуки шаманского бубна имеют частоту волны, равную волнам мозга, связанными со сном, гипнотическими воображениями и трансом.
Шаман был не только медиумом, через которого действовали сверхъестественные существа, он прежде всего объединял в себе деструктивное и творческое начала, балансируя на грани существования и небытия, он представлял собой мифическое Праединство. Соединение противоположностей происходило во время экстатических состояний, при которых шаман оставался в сознании и сохранял самоконтроль. Этот факт исключает предположение, что роль шамана могли выполнять люди с шизофренией - часто описываемая ненормальность поведения шамана не должна означать психическое заболевание в буквальном смысле этого слова; чаще всего это уход от "нормативного" поведения, характерного для данной культуры. Следует понимать, что в обществах, определяемых сегодня, как примитивные, обязывали другие нормы, и совсем другие варианты поведения признавались патологичными. Стоит вспомнить о замечании Силвермана, который считал, что шаман имел институциональную поддержку в обществе, а шизофреник - нет.
Материалом для написания статьи явилась книга Агнешки Косинской "От шамана до каплана"